Общественно-политическая газета Тазовского района ЯНАО Издаётся с 3 января 1940 года
12:38 °C
EUR:  USD: 

Выстояли вопреки всему

Газета «Советское Заполярье» продолжает проект «Письма победителям: с благодарностью за мир». Любой тазовчанин может рассказать о своём деде, прадеде, бабушке, прабабушке или других родственниках, воевавших на фронте либо приближавших Победу в тылу. рассказ публикуется в формате письма герою

Кому: Колыхалову М.А.

Дорогой дедушка Михаил Александрович!

     Я твоя внучка Юлия, до моего рождения ты не дожил, и я знаю о тебе только по рассказам мамы – твоей младшей дочери.

Михаил Александрович Колыхалов, 1970-е годы

Ты родился в городе Красный Сулин Ростовской области, это в 32 километрах от города Шахты, в 1908 году. Правда, потом приписал себе ещё год, чтобы поскорее пойти работать.

     С моей бабушкой Анной Ивановной, с которой ты прожил всю жизнь, познакомился в Шахтах, а в 1935 году поженились. В 1941 году у вас уже было четверо детей!

     До начала войны ты работал заведующим гаражом, хорошо разбирался в технике. Осенью 1941 года тебя призвали на фронт, там был водителем – подвозил снаряды, увозил раненых. Потом тебя ранило в шею – где и в каком бою мы не знаем. Какое-то время ты провёл в госпитале, а когда вылечился, тебя направили на танковый завод в Москву механиком – уже шёл 1943 год. Там ты проработал до 1945 года – такого отличного специалиста приглашали остаться на заводе насовсем и перевезти семью, но бабушка отказалась переезжать в Москву.

Михаил Александрович с женой Анной Ивановной, 1960-е годы

     Как-то после твоего ухода бабушка получила конвертик с фронта, весь в глине, грязный, но зато весточка от живого мужа. Ты писал, в каких страшных боях участвовала ваша часть, на всю жизнь она запомнила твои слова в письме: «думали, что сыграем в ящик, но Бог миловал».

     Когда ты был на фронте, твоей семье тоже пришлось нелегко – в июле 1942 года родной город заняли немцы. 19 июля город потрясли мощные взрывы — это уничтожались и затапливались шахты, на следующий день взорвали ГРЭС, минировали и взрывали другие важные объекты и учреждения. Город был окутан чёрным дымом вперемешку с пылью. 22 июля на улицах появились немецкие машины и мотоциклы, весь город заполнился мундирами грязно-серого цвета, такими же пилотками и фуражками с германским орлом. Серые мундиры «растекались» по дворам и огородам; их можно было видеть в домах, сараях, амбарах, кладовых — начались чёрные 206 дней гитлеровской оккупации.

     Бабушка потом рассказывала, какие жуткие были обстрелы, какой страх накрыл всех жителей Шахт. Ваш дом находился недалеко от железнодорожных путей, и когда наши войска взрывали мосты, в нём вылетели все стёкла. Бабушка закрыла проёмы одеялами и ютилась с детьми в одной комнатке. А когда пришли немцы, то и вовсе пришлось оставить дом – он был новый, всего год до войны успели в нём пожить, — фашисты забрали его под склад. Бабушка с детьми перебралась к маме.

     Как-то раз кто-то из соседей дал ей бидон молока для младшего сына – с продуктами в оккупации было плохо. Бабушка спрятала его в огороде, и когда прикапывала, её заметил немец. Он подошёл к ней и спросил: «Что это?» Бабушка знаками показала, что это молоко для «киндера». Он вытащил бидон и тут же выпил всё молоко – бабушка со слезами смотрела, как стекали по лицу врага драгоценные капли…

     Хоть и голодное время было, но люди выдержали. Однажды в городе смертельно ранило лошадь, и жители разделили мясо, принесли немного и бабушке. Она рассказывала, как приготовила детям котлет, а сама не смогла даже притронуться к еде – осознание того, что это мясо не какой-нибудь свиньи или коровы, а лошади — было сильнее голода.

     В начале декабря 1942 года через Шахты один за другим потянулись бесконечные обозы гитлеровцев, разбитых под Сталинградом. Грязные и оборванные, замотанные в какое-то тряпьё, они совсем не походили на тех самоуверенных, бравых вояк, какими они промчались через город всего несколько месяцев назад. Уже в феврале 1943 года советские войска полностью освободили город Шахты.

     Конечно, радость была огромная, но на восстановление города нужны были время и силы, а детей надо было кормить каждый день. Тогда бабушка в отчаянии написала тебе в Москву длинное письмо, в котором описала все тяготы, что детей кормить нечем и она не представляет, как выжить. Такие тревожные известия бойцам знать не допускалось, и ты прочитал всего несколько строк – всё остальное вычеркнула цензура. Но после этого письма бабушку трудоустроили в детский сад, туда же определили детей – семья больше не голодала.

     Бабушка потом рассказывала, что её трое братьев тоже прошли войну – один пропал без вести, двое вернулись. Один из них бежал из плена, пришёл к своим худой, как скелет, и в прямом смысле заросший мхом. Оправившись, он вновь пошёл на фронт. Жаль, что тогда эти рассказы никто не записывал, сейчас лишь по воспоминаниям ваших детей пытаемся восстановить ваш жизненный путь. До того, как устроилась работать в музей, я не задумывалась о ценности семейной истории, а теперь сама хочу поработать в различных архивах, чтобы найти о тебе хоть какую-нибудь информацию.

     После войны у вас родилось ещё трое детей. Ты всю жизнь работал водителем-механиком, и сыновья пошли по стопам – про династию водителей даже потом в местной газете писали, она до сих пор у нас хранится.

     У тебя было несколько наград – медали «За оборону Москвы», «За Победу над Германией», несколько юбилейных. Ими потом ещё внуки играли.

     У тебя была способность к рисованию, не раз помогал детям и внукам с домашними заданиями по ИЗО. Твой сын тоже унаследовал этот талант, но у него не получилось поступить на художника и стал водителем. Моя мама — модельер обуви, я сама получила художественное образование – твои способности передались по наследству и развились у внуков.

     Тебя не стало в октябре 1981 года — всего пару месяцев не дождался рождения первой дочери моей мамы. Сейчас у тебя 13 внуков, они живут в разных точках страны и за рубежом.

     Вы с бабушкой похоронены в родном городе. Ваш дом, который ты строил, который пережил фашистскую оккупацию, где родились ваши дети и вы прожили всю жизнь, до сих пор стоит. Как символ важности и нерушимости семейных ценностей!

Твоя внучка Юлия Комова