Общественно-политическая газета Тазовского района ЯНАО Издаётся с 3 января 1940 года
20:26 °C
EUR:  USD: 

В земле ямальской просиявшие

СЗ представляет новый проект, посвящённый 90-летию Ямало-Ненецкого автономного округа и Тазовского района. Он о тех, кто открывал эти северные просторы, исследовал побережье Карского моря, находил подземные кладовые нефти и газа, своим трудом приумножал богатства нашего края. О тех, кто оставил свой след на карте, в наших сердцах и мыслях.

Во все времена и у всех народов считалось, что достоинство человека определяется его поступками. Жизнь человека бессмысленна без цели, без желания изменить мир к лучшему, без созидания…

В наш быт прочно вошла поговорка о том, что человек, посадивший в своей жизни хотя бы одно дерево, — хороший человек. А что же можно сказать о тех, кто вёл оленьи стада маршрутами касланий, преодолевая жестокую арктическую стихию, о тех, кто проложил новую дорогу в тундре, строил новые города…

В нашем округе много достойных людей, красивых, мужественных, настойчивых в достижении поставленной цели. Мы, северяне, ямальцы, помним их — тех, кто большую часть своей жизни, свой талант, энергию отдали такой суровой и прекрасной северной земле. Их имена золотыми буквами навсегда вписаны в летопись Ямало-Ненецкого автономного округа.

Колумбы русские, презрев угрюмый рок,
Меж льдами путь отворят на восток…
Михайло Ломоносов

Русские люди впервые появились в высоких широтах в XI-XIII веках, когда, спасаясь от крепостного гнёта, они уходили на север и расселялись по берегам северных рек, на побережье Белого моря. Хлеб там плохо рос, и прежние крестьяне научились строить морские суда-парусники, становились промышленниками-мореходами, организовали промысел тюленей и моржей, охотились на пушных зверей и ловили рыбу. В поисках всё новых и новых мест поморы отправлялись в далёкие плавания, совершали походы вдоль северного побережья Ледовитого океана далеко на восток, в Сибирь. Они делали географические открытия, но всё-таки очертания берегов Северного Ледовитого океана были мало изучены. В начале XVIII века было неизвестно, можно ли пройти от Белого моря до пролива между Азией и Америкой и по нему выйти в Тихий океан.

С целью выяснения этих вопросов и составления точных карт была предпринята экспедиция, вошедшая в историю как Великая Северная. Она продлилась 10 лет, с 1733 по 1743 годы.

План её состоял в одновременном исследовании по четырём направлениям: от Архангельска до устья Оби, от Оби до Енисея, от устья Лены к Енисею, на восток от Лены. Таких походов-экспедиций было несколько.

В 1734 году снарядили отряд Обский, исследовавший участок арктического побережья России от Оби до Енисея.

Этим отрядом командовал лейтенант Дмитрий Леонтьевич Овцын (1708-1757). Перед ним стояла задача пробиться из Обской губы в Енисейский залив и описать морской берег между устьями этих великих рек. Руководитель отряда был молод, но уже достаточно опытен. Выпускник столичной Морской академии знал запах северных ветров.

14 мая 1734 года шлюп «Тобол» под командой Овцына отчалил от тобольского берега. Спустившись по Иртышу к реке Обь, команда дошла до её устья и вышла в Обскую губу. О скорости говорит тот факт, что Тазовскую губу миновали лишь 31 июля, потратив на путь, который современное судно проходит за сутки, полтора месяца. Наступали холода, снегопад остановил «Тобол» на полпути к океану. Чтобы не вмёрзнуть во льды и в «погибель не впасть», пришлось возвращаться обратно и зимовать в городе Обдорске.

Три года подряд моряками предпринималась попытка выполнить поставленную задачу, но всё время неудачно. «Великие льды» вновь и вновь закрывали губу на крепкий замок. А оставаться на зимовку в безлюдной тундре без достаточного количества припасов и топлива, значило бы обрекать людей на смерть.

Среди команды начались болезни. Цингой болели каждые три матроса из четырёх, сам лейтенант не избежал этой жестокой болезни. Четыре зашитых в холстину трупа сбросили за борт «Тобола». Зимой 1735 года лейтенант ездил в Петербург с докладом: «В тамошних местах, — писал он в командирском рапорте о Тазовской стороне, — не точию (не только) какие бы леса были, но и камня, и травы не находится».

Овцын считал, что для успеха экспедиции необходимо построить ещё одно судно, снарядить береговую поисковую партию, которая бы следовала за судном по суше. Сибирское начальство должно было позаботиться о снаряжении оленями и чумами казаков береговой партии. Всё это было ему выделено, и был дан приказ: во что бы то ни стало продолжить исследование.

Пока строилось новое судно, Дмитрий Леонтьевич отправился за провиантом в город Берёзов на Оби. В этот момент судьба сыграла с путешественником злую шутку.

Берёзов был местом ссылки опального князя Ивана Долгорукова. И надо же было лейтенанту познакомиться с Долгоруковым и стать частым гостем в его доме. Среди многочисленных чад и домочадцев – Екатерина Долгорукая, «порушенная невеста» императора Петра Второго, неожиданно умершего в день помолвки. Екатерина влюбилась в молодого моряка, он тоже не устоял перед её чарами. Поступок этот имел для лейтенанта роковые последствия.

В четвёртый раз в июне 1737 года Овцын на «Тоболе», вместе с новым ботом под  названием «Обь-Почталион», вновь поплыл штурмовать Обскую губу. На этот раз ему повезло: льдов почти не было, и команде удалось выйти в Северный Ледовитый океан. Из-за встречных ветров двигались медленно, на ночь бросали якорь, так как места расположения мелей и скал известны не были. Наконец, вышли к устью Енисея. Торосы громоздились и на севере, и на западе. Единственный проход лежал на восток. Посовещавшись, решили держаться восточного курса. В августе миновали Митте-сале — тупой мыс, разделявший Обскую губу и Енисейский залив. На карты нанесли его под именем Северо-Восточного. Спустя четыре года безуспешных попыток миссия была выполнена.

Восторг был велик! Лейтенант, оставив судно, отправился с докладом в Петербург. Но по дороге, в Тобольске, Дмитрий Леонтьевич был арестован «за дружество» с политическим преступником Долгоруковым, разжалован в матросы и направлен в команду Беринга, отправлявшуюся к берегам Северной Америки. Вместе с матросами «Святого Петра» он перенёс все тяготы плавания и трудную зимовку. Вернувшись в Петропавловск, моряк узнал, что его восстановили в звании.

Овцын оставил после себя карту того участка Карского моря, о котором долгое время ничего не было известно. Он явился настоящим первооткрывателем этих мест для отечественного мореплавания. Его поход соединил две великие сибирские реки – Обь и Енисей. Имя отважного морехода-путешественника Овцына присвоено проливу в Карском море и мысу полуострова Таймыр.

Подготовила Неля Кокова