Общественно-политическая газета Тазовского района ЯНАО Издаётся с 3 января 1940 года
15:19 °C
EUR:  USD: 

ДЕНЬ ЯМАЛЬСКИХ СМИ. Яркие моменты профессии журналиста

Телевидение. О чём думают журналисты, когда работают над новым сюжетом? Что остаётся за кадром? За что ценят свою профессию люди, которые с микрофоном в руках «утром — на заседании, а вечером – на концерте»? Мы попросили ответить на эти и другие вопросы наших коллег со «Студии «Факт», а также вспомнить самые яркие моменты, которые подарила им профессия.

Про мистику и шамана

Михаил Шершнёв, главный редактор:

— Мне вспоминаются несколько загадочных, даже мистических случаев, произошедших со мной. Однажды мы снимали сюжет для проекта «Легенды земли Тасу Ява» рядом с селом Газ-Сале. По сценарию я имитировал разговор по телефону и произносил примерно такой текст: «Мы втроём остались в незнакомом месте, ТРЭКОЛ уехал, а компас я потерял. Что делать дальше, не знаем!» В ответ человек на другом конце линии как будто сказал, что за нами пришлют вертолёт. Принимавшая участие в съемках Почётный гражданин Тазовского района Надежда Салиндер, опять-таки по сценарию, предложила задобрить ненецких духов тундры, чтобы они нам помогли. Мы провели определённый обряд, разложили угощения… После этого оборачиваемся и видим, что… в нашу сторону летит вертолёт. Как по заказу! И эти кадры, которые мы не планировали, стали изюминкой и логичным завершением телепроекта.

Ещё был случай. Мы как-то записывали молодого шамана из Гыды. Его зовут Кирилл Тэсида. Он рассказал, что некоторые события предсказывал заранее. Например, вспышку заболевания сибирской язвой среди оленей на Ямале. Хотя ему никто не верил… Какие-то факты, касающиеся будущего, он наотрез отказался озвучивать на камеру. Тогда я предложил ему продолжить разговор и попросил разрешения включить свою экшн-камеру GoPro, чтобы просто набрать кадров. Звук мне не был нужен, но микрофон оставался включенным. После интервью, когда мы вернулись в Тазовский, я стал просматривать эти файлы и обнаружил, что именно в тот момент, когда я снимал молодого шамана, звук… не записался! До и после этого всё было нормально слышно, а на этом фрагменте общения – просто тишина…

Конечно, эти два случая могут быть обычным совпадением. Никаких доказательств того, что духи отправили вертолёт в нашу сторону или что шаман каким-то образом «заблокировал» запись звука, у меня нет. Но и сказать, что здесь нет никакой мистики, я тоже не могу.

Про путешествие во времени

Юлия Гурьянова, ответственный выпускающий:

— В октябре 2018 года мы освещали рабочую поездку Главы района в Тадебе-яху – факторию в 350 километрах от Тазовского, расположенную на берегу Обской губы. В 70-е годы прошлого века это был достаточно крупный посёлок – база геофизической экспедиции. Здесь стояли двухэтажные жилые дома, работали мастерские, но с развалом Советского Союза прекратило своё существование и предприятие. Жители бросили свой «дом» практически в одночасье — оставили всё и уехали, чтобы никогда больше сюда не вернуться. За прошедшие с тех пор десятилетия посёлок постепенно приходил в упадок, ставшее ничьим имущество ветшало, тундровики разбирали дома на дрова, некоторые строения уцелели, но остались стоять с выбитыми окнами, покосившиеся от времени…

Пожалуй, это была самая атмосферная моя командировка. Когда мы подлетели на вертолёте и увидели сверху этот посёлок, вернее, то, что от него осталось, возникло ощущение, что мы не просто преодолели расстояние в несколько сотен километров от Тазовского, но и вернулись на несколько десятилетий назад в прошлое. Такой резкий контраст был по сравнению с районным центром, облик которого стремительно меняется в последние годы.

«Штрихи к портрету» добавляло и время года. К концу осени яркие краски тундры тускнеют так же, как «потускнела» за последние годы и сама Тадебе-яха. Всё вместе – увядшая природа и смотрящий на мир вокруг пустыми глазницами окон полуразрушенных домов посёлок – складывалось воедино в очень, повторюсь, атмосферную картину. Этакий «город-призрак», затерянный на бескрайних просторах тундры.

Мы провели там несколько часов, пообщались с людьми, на тот момент там проживали около десяти семей. Репортаж, который вышел в эфир по итогам поездки, я считаю одним из своих самых удачных, именно с журналистской точки зрения. И в этом большой «плюс» нашей профессии – мы работаем в самых необычных местах и самых неожиданных обстоятельствах. И в этом же – большая ответственность. Ведь именно глазами журналиста зритель оценивает конкретную ситуацию.

Когда мы летели обратно, я думала о том, что для многих Тазовский – отдалённый посёлок, где отсутствует инфраструктура, нет каких-то благ цивилизации. Но всё познаётся в сравнении, и те, кто так считает, просто никогда не были в Тадебе-яхе.

Про отчаяние и восторг

Наталья Горкина, ответственный выпускающий:

— Я работаю на «Студии «Факт» уже 9 лет. Простая математика: в месяц примерно у меня выходит 20 материалов, за год – более 200, то есть за всё время здесь я выпустила почти 2 000 сюжетов. Из них особняком для меня стоят три. 

Первый – это даже не отдельный сюжет, а цикл. О том, как в Тазовском строили дом для медицинских работников. Мне удалось рассказать зрителю обо всём процессе, начиная с совещания в администрации в 2015 году, на котором впервые была озвучена мысль о необходимости возведения этого объекта. Всего вышло 15 репортажей. Приблизительно каждые 3-4 месяца — очередная «серия». По моим стендапам, той одежде, в которой мы их снимали, можно даже проследить, как меняется мода, а я старею. А финальной точкой стал репортаж с торжественной сдачи в эксплуатацию дома в мае 2019 года. Для меня, как для журналиста, было важно взять тему и довести её до конца. Увидеть радость на лицах героев…

Ещё важно помогать людям. В 2014 году к нам в редакцию позвонила женщина вся в слезах от того, что ночью у них обрушилась печка, кирпичи упали на диван, где спали она и её внуки. И это в сильные морозы. Я была в шоке! Очень старалась сделать материал на максимуме своих журналистских способностей. Этот репортаж прошёл в тот же день не только на местном телевидении, но и на окружном. И на следующий день, когда я пришла на работу, мне позвонила героиня и попросила приехать ещё раз, но уже в её новую квартиру… То есть благодаря тому, что мы с оператором так быстро сориентировались, отработали, этот материал увидели в округе, проблема была сразу же решена. И контраст между полным отчаянием от обрушившейся печки и восторгом от получения благоустроенной квартиры, которые испытала наша героиня буквально за сутки, а нам удалось запечатлеть эти эмоции, — это действительно круто и важно!

Наконец, ещё один из моих самых запоминающихся репортажей – это вылет с избирательной комиссией на досрочное голосование в тундру в августе 2020 года. Казалось бы, что может быть физически тяжёлого в работе журналиста? Максимум держишь в руках блокнотик да микрофон. Но, когда мы летали вдоль Обской губы, искали избирателей, вертолёт зависал над болотом, мы выпрыгивали в резиновых сапогах, шли в стойбище, отрабатывали, а потом надо было ещё обратно запрыгнуть… И так 12 часов, более 20 взлётов и таких вот «посадок». Я так в своей жизни никогда не уставала! Но при этом никто не отменял работу. Даже если ты уставший, голодный, недобрый, у тебя что-то болит… Зритель не должен об этом узнать. Зритель должен увидеть яркий репортаж. Надеюсь, у меня это получается.

Про обереги и удачу

Екатерина Фомичёва, корреспондент:

— Понятно, что работа журналиста многогранна. Он может утром снимать заседание, а вечером – концерт, но ценность нашей профессии именно здесь, на Крайнем Севере, в том, что мы можем гораздо ближе, чем многие, соприкоснуться с самобытной культурой коренных жителей.

Во время командировок в стойбища оленеводов или к рыбакам есть возможность расспросить людей о жизни, узнать что-то новое о традициях и обычаях ненцев. И они охотно рассказывают, могут поделиться чем-то таким сокровенным, что понимаешь, насколько это древняя цивилизация со своими законами. И примеров этому много.

В 2019 году мы отправились в верховья реки Таз освещать праздник «Искры очага», который проводили для рыбаков ко Дню коренных народов мира. И на  Нямгудочи, отработав «обязательную программу» — концерт, спортивные соревнования и конкурсы — захотелось снять что-то необычное. Мы оказались в чуме в гостях у семьи Ненянг, которая рассказала нам, что перед началом путины они каждый год проводят обряды, задабривают духов, чтобы уловы были большими. У них есть обереги, которые передаются в семье из поколения в поколение. Или, например, на последнем Слёте оленеводов в Тазовском мне удалось пообщаться с женщиной, которая рассказала, как в их семье хранятся уже несколько десятилетий пояса, которыми украшают оленью упряжку, когда выдают дочь замуж.

Все эти моменты лишний раз доказывают, насколько важны для коренных жителей традиции. Очень многие не только не забывают свои корни, но очень бережно хранят все те знания и умения, какие-то предметы или обереги, полученные от предков. И это по-настоящему журналистская удача, когда получается сделать материал о зачастую скрытых для посторонних вещах, являющихся символами ненецкого народа.

Про легенду и другую эпоху

Олег Друшляков, корреспондент:

— С первых дней, когда я приехал на Север, в Тазовский район, и познакомился с самобытной культурой проживающего здесь коренного народа – ненцев, меня это впечатлило. Я стал писать текст отрывками, снимать какие-то эпизоды, потому что в голове сразу возник замысел фильма о Тасу Ява, и я для себя решил, что обязательно должен его сделать.

Итогом этой многолетней работы стал получасовой фильм «Там, где рождается легенда». В него вошли кадры, снятые в Салехарде, на острове Вилькицкого в Карском море, в верховьях реки Таз, в поселениях и на факториях района, в стойбищах оленеводов. Он вышел на «Студии «Факт» в конце 2020 года.

Да, этот фильм был задуман в основном для зрителей из других регионов, которые, может быть, никогда и не были на Севере и не знают ничего о ненцах, тундре, оленях. Задача, которую я сам для себя поставил, состояла в том, чтобы заинтересовать людей, незнакомых с нашим регионом. В итоге фильм посмотрели в Санкт-Петербурге и были восхищены нашей тазовской землёй.

Для меня самого самым ярким или, можно сказать, волнительным моментом стал эпизод, который мы снимали в музее имени Шемановского в Салехарде, где был выставлен мамонтёнок Люба. Даже просто от того, что мы находились рядом с таким экспонатом, которому десятки тысяч лет, возникало чувство какой-то эйфории, что вот она, другая эпоха, рядом — на расстоянии вытянутой руки.

Из тех отзывов, которые я услышал от тазовчан, самым ценным для меня стал следующий: «Только влюблённый в эту землю человек может так о ней рассказать».

Пожалуй, за всё время работы на «Студии «Факт» — это, действительно, моя лучшая работа.

Автор: Константин Коков